НАШИ ГЕРОИНовости

«Из ноги моего сына вытащили 5 кг осколков, с такой тяжелой ногой он дошел до границы РА. Его, неподвижно лежащим от бессилия, заметили случайно»

У боксера Давида Казаряна были большие перспективы в мире спорта. Широкоплечий богатырь атлетического телосложения планировал в будущем заниматься боями без правил. Но его мечте не было суждено сбыться, 44-дневная война оборвала жизнь юноши, когда ему был 21 год.

Мать Давида Казаряна Алвард Кешишян в беседе с ГАЛА рассказывает, что ее сын был второкурсником Ширакского государственного университета, когда его призвали в армию. Житель села Басен Ширакской области Давид Казарян служил в Ноемберянской воинской части, был танкистом, командиром отделения. После демобилизации началась эпидемия Ковида, а поскольку до занятий было далеко, Давид работал на стройке. Мать вспоминает, что за месяц или два до войны ее сыну позвонили из военкомата и сказали, что ему нужно подписать документ. По словам Алвард Кешишяна, в документе говорилось, что в случае войны Давид должен идти первым. Она считает, что документ обязывал ее сына принять участие в войне. Кто же знал, что она начнется? Говорит, когда началась война, ее сын получил повестку из военкомата. Более того, по словам матери, никто из демобилизованных одноклассников ее сына не получил повестки. Давид уехал на фронт, когда со дня его демобилизации не прошло и года, а его младший брат, бывший в то время военнослужащим срочной службы, уже был на передовой в воинской части под названием Егникнер. Как рассказывает Алвард Кешишян, после трехдневного пребывания в воинской части Гусана. 3 октября 2020 года Давид вместе с односельчанами отправился в Джракан.

«Только через  2-3 дня я узнала, что Давид в Джракане, об этом мне сказали односельчане. Когда я разговаривала с Давидом по телефону, раздавались разрывы бомб, чтобы я не беспокоилась и спала спокойно, сын говорил, что это учения», — рассказывает мать.

Давид звонил каждый день, а 15 октября сообщил, что больше не сможет часто звонить. Последний звонок от него был в этот день, он сказал матери, что прошли 2 недели их службы, и, может быть, его отправят домой.

«16 октября я весь день была неспокойна, я знала, что в этот день были тяжелые бои, а один из моих односельчан в такси сказал, что у него плохие новости о ребятах из Басена. Наверное, он уже знал о том, что произошло, но мне не сказал, — рассказывает мать, и продолжает, — Невестка соседа сказала, чтобы я подготовила одежду Давида, ребят отпустили, сельчане поедут, чтобы привезти их. У Дэвида был такой же характер, он заранее не предупреждал меня, любил делать сюрпризы. Одежда, обувь, паспорт — я все приготовила и ждала, звонка не было…».

Она тревожилась, Дэвид послал бы хоть как-нибудь весточку, он не молчал бы так долго. Потом жене позвонил один из родственников и сказал, что Давид ранен, он находится в больнице, его увезли с поля боя в Ереван, в медицинский центр «Эребуни».

Алвард Кешишян рассказывает, что Давида нашли на поле боя случайно. После ночной бомбежки часть ребят погибла на месте, а те, кто был ранен, каждый сам кое-как продолжил путь.

«Давид был ранен в ногу, раненый он один прошел несколько километров. Из ноги моего сына вытащили 5 кг осколков, он шел с такой тяжелой ногой, а потом упал.15 часов он оставался лежать, истек кровью. Мой  Давид хорошо ориентировался на  местности, оказывается, он шел к армянской границе и уже был  на территории Армении. Случайно там проезжала машина скорой помощи, врачи увидели его неподвижно лежащим от бессилия», — продолжает мать.

Один из раненых, находившихся в это время в машине скорой помощи, позже сказал ей, что они отъехали на довольно большое расстояние, когда врач заметил Дэвида и велел развернуть машину. Давида сначала доставили в Горис, затем вертолетом в Ереван.

По словам его матери, Давид был в сознании, когда его везли, говорил с врачами, сообщил свои данные, поэтому семью нашли быстро.

«Ногу ампутировали, ее не удалось спасти, сына оперировали 6 часов, все органы, кроме сердца, были повреждены, у него  была почечная недостаточность.

«Врач сказал, что шансов нет, его поддерживали, чтобы я могла приехать, увидеть своего ребенка. Он не смог поговорить со мной, доктор сказал нам, что, если он выживет, это будет чудом», — продолжает мать.

«В первый раз, когда мы зашли к Дэвиду, врач сказал, что бы мы не показывали своего волнения, он очень слаб, но его мозг бодрствует, он нас слышит. Я сказала: «Даво джан, если слышошь меня, открой глаза». В таком состоянии он открыл глаза, но они уже померкли. Я сказала: «Родной мой, ты обещал, что приедешь, не приехал, я приехала». Когда я вошла во второй раз, он снова открыл глаза, в третий раз, он уже дышал с трудом, меня вывели. Дэвид скончался 17 октября», — рассказывает мать Давида.

После смерти Давида его брату дали 10 дней отпуска.

«Бог его знает, как он под бомбежками доехал до дома на машине добровольцев, — говорит мать.

Почти месяц младший сын Алвард Кешишян сражался в воинской части «Егникнер», под командованием героя Арцаха Кареня Джалавяня (Кех).

«После похорон Давида моему младшему сыну несколько раз звонили, звали обратно, а позже мы узнали, что после гибели брата его по закону могут освободить от воинской повинности. Нам об этом не говорили, но мы поинтересовались и после 8-и месяцев службы в армии сына демобилизовали», — добавляет мать.

Отец Давида, Смбат Казарян, продолжает: «У моего Давида было спортивное телосложение, он был широкоплечим, победителем чемпионата Ширака по боксу среди молодежи. Он часто болел ангиной, и это ему очень мешало. В конце концов, ему сделали операцию, и он ушел в армию, после возвращения он собирался стать тренером. Он должен был поехать в Курган и работать тренером в боях без правил, но началась война, он ничего не успел…».

В Апрельской 44-дневной войне, в тот день в Джракане в результате взрыва погибли четверо воинов из села Басен.

Карине Казарова

Back to top button