Новости

«У меня в ушах крик оставшихся под развалинами»

7 декабря 1988 года руководитель Советской Грузии Джумбер Патиашвили среди развалин Спитака пытался помочь потерпевшим бедствие. Он был одним из первых советских чиновников, который, находясь в своем кабинете в Тбилиси, почувствовал толчки и  устремился в Ниноцминда, оттуда в Спитак. Из Ниноцминда он связался с Тбилиси и дал указание спасателям прибыть в зону бедствия.

«У развалин здания громко плакала женщина, прося о помощи. Я подошел. Под развалинами осталась ее дочь. «Слышишь голос, это моя дочь. Но что я могу сделать?» — сказала она мне. За какие-то полчаса собрались несколько десятков человек и вытащили девочку из-под развалин. Сейчас очень трудно описать все то, что я там увидел», — рассказывает он в своей тбилисской квартире, спустя 20 лет после разрушительного землетрясения.

Эпицентр землетрясения находился в селе Ширакамут. В эти дни из трех своих детей Рузвельт Папикян потерял двоих: 15-летнего Ованнеса и 12-летнюю Варсик. В этот трагический день под развалинами сельской школы погибли 111 учеников. Папикян каждый день вспоминает землетрясение. «У меня в ушах крик оставшихся под развалинами», — с болью в голосе рассказывает он.

«Землетрясение унесло жизни 411-и ширакамутцев. Большинство погибло в школе и на швейной фабрике. В школе в основном это были дети, на фабрике – женщины».

8 декабря в Нью-Йорке министр иностранных дел Советского Союза Эдуард Шеварднадзе заявил, что запланированные с участием Михаила Горбачева мероприятия не состоятся, а его официальные визиты на Кубу и в Великобританию откладываются из-за катастрофического землетрясения в Армении. Горбачев поспешил вернуться в Москву, а оттуда в Гюмри.

За почти шесть с половиной лет нахождения у власти это был первый и последний визит советского лидера в Армению и Закавказье.

10 декабря самолет Михаила и Раисы Горбачевых вылетел из Москвы в Гюмри.

До этого почти все министры страны уже находились в Ереване, Горбачев позвонил в Тбилиси и Баку, чтобы прибыли Патиашвили и Везирова. Везирова в Ереванском аэропорту народ освистал.

Фадей Саргсян пишет: «Звонили со всего мира и спрашивали, чем могут помочь. Часто звонил Патиашвили. Позвонил Везиров и сказал, что отправил две колонны помощи. Но на границе (армяне) помощь отправили обратно».

Встреча Горбачева тоже не была теплой.  Вернувшись из Гюмри в Ереван, перед отъездом в свою резиденцию руководитель СССР общался с жителями столицы. Один из официальных лиц Армении, Левон Чахмахчян пишет, когда Горбачев вышел из машины, первый заданный ему вопрос был о Карабахе. «Михаил Сергеевич только что вернулся из Ленинакана, и, казалось, что жители Еревана должны были бы быть обеспокоены положением в зоне бедствия. Вместо этого они спросили его: «Когда Карабах присоединится к Армении?».

Ответ Горбачева был резок. Ни он, ни Раиса Максимовна не могли понять, как можно в такое тяжелое время, забыв о бедствии, спрашивать о Карабахе.

Фадей Саргсян с болью замечает: «Должен сказать, что он (Горбачев) и его жена с большой болью переживали эту (землетрясение) трагедию. Конечно, не везде их приняли достойно, в некоторых местах их глубоко оскорбили. Это было недостойно нашего народа, и мне было больно»

Патиашвили вспоминает, что Горбачев искренне переживал эту трагедию. Но бывший лидер Советской Грузии, в первую очередь, придает большое значение вкладу премьер-министра СССР Николая Рыжкова, много сделавшего, чтобы устранить последствия землетрясения. «Он очень честный и порядочный человек, настоящий патриот», — говорит Патиашвили. Владимир Мовсисян добавляет: «Рыжков вместе с нами пережил боль землетрясения. Он помогал Армении не только финансово, но и разделял наше горе и жил этой трагедией».

Aniarc.am

Показать еще
Back to top button
Close